История китайских воинских искусств прослеживается уже полторы тысячи лет. Она полна древними традициями, документальными рассказами о мастерах, невероятными историями и поэтичными легендами. Это мир, многочисленные сверкающие грани которого притягивают своей заманчивой красотой.

В многовековой глубине родилась легенда о девушке с поэтичным именем Вин Чунь, переводимом на русский язык как «Цветущая Весна». Имя нежного юного создания, сравнимого с прелестным цветком, навечно и тесно связано с целым направлением в боевом искусстве, которое носит ее имя – Вин-Чунь. Неполные родословные стиля, приводимые в книгах и передаваемые из уст в уста, изобилуют несовпадениями, приоткрывая взглядам учеников лишь отдельные ветви его генеалогического древа, корни которого скрыты в тени веков, а крона теряется в семейных кланах китайских и вьетнамских мастеров, пряча Истину под покровом Времени.

Впервые о Вин-Чунь узнали 300 лет назад, во времена правления маньчжурской династии Цин (1644-1911). Маньчжуры, правившие Китаем, проводили политику кровавых расправ, что приводило к народным восстаниям в разные годы правления.

Манчжуры в то время составляли лишь 10% всего населения и, чтобы удержаться у власти, они проводили политику кровавых расправ, взращивая страх и злобу в сердцах людей. Коренные китайцы вынуждены были подчиняться несправедливым законам, попиравшим их права и унижавшим достоинство. Для них были закрыты высокие государственные посты, создавались преграды в продвижении по служебной лестнице. Чтобы обезличить китайский народ и духовно опустошить растущее поколение, манчжурские правители запретили занятия боевыми искусствами. Хранителем духовной китайской культуры стал священный храм Шаолинь. Никакие жестокости и запреты не могли сломить дух гордых обитателей Шаолиня. Подобно ветру, разжигающему огонь, несправедливость манчжурских правителей разжигала в их сердцах желание бороться за свободу народа. Монастырь Шаолинь стал центром подготовки народных бойцов для будущего восстания. К стенам Шаолиня стекались выжившие в сражениях монахи. Манчжурские правители ненавидели монастырь, потому что именно он давал силы народу восставать против несправедливости и насилия, и был символом непокорности и надежды в борьбе против иноземного господства.

Для обучения традиционным методом борьбы необходимо было 10-15 лет. Пятеро монахов, собравшись вместе, обсудили и отобрали самые эффективные технические приемы для экспериментального обучения, которое сокращалось до 5-7 лет. Они тщательно выбирали учеников. Новый метод еще не успел распространиться, как войска маньчжуров начали карательную операцию Шаолинь, ставший символом воли и независимости китайцев. Их целью было уничтожение мастеров кунг-фу. Монахи и ученики стойко боролись и отразили все наступления армии императора, однако труднее всего было устоять против подлости и коварства. Группа предателей подожгла Южный Шаолинь, находившийся на горе Цзяляньшань в провинции Фуцзянь, и открыла ворота монастыря отряду генерала Чан Ван Хоа. Манчжуры беспощадно подавили сопротивление, уничтожили сотни монахов и спалили мятежный монастырь дотла. Армия захватчиков жестоко подавила сопротивление, потопив его в крови, но пятерым монахам удалось спастись. Их имена: Ти Тин Тин Сы (Добрая Воля), Миу Хин Лао Сы(Бессмертная Кошка), Бат Ми Лао Сы(Белая Бровь), Фун Дао Дык Сы(Вежливость-Образованность) и Нгу Май Лао Ни(Цветок Май – Пять лепестков). Нгу Май ушла в храм Бат Хак (Белый Журавль) на горе Дай Лю Сы (Большая гора) провинции Ты Сюэн. Она всем сердцем скорбела по разрушенному монастырю и погибшим братьям. Но, несмотря на боль, поселившуюся в ее душе, бесстрашная и мудрая женщина продолжала упорно совершенствовать технику единоборства. Она также не забывала и о манчжурах, которые хотели убить ее, ни на минуту не покидала ее мысль о задуманном новом стиле. Нгу Мэй решила самостоятельно создать более совершенный стиль боевого искусства, взяв за основу шаолиньский комплекс упражнений, который преподавал настоятель Чжишань. После разгрома Шаолиня он перебрался в провинцию Кантон и стал обучать монахов в монастыре «Света сыновней почтительности» (Гунсяосы).

В это время жил человек по имени Ним Ний. Его жена умерла и он остался со своей единственной дочерью Ним Вин Чун (Вечная Весна). Они ушли в провинцию Ты Сюэн и открыли там лавочку. Ним Ний обещал выдать свою дочь за человека по имени Лыэн Бак Чу. Но девушка была так прекрасна, что один влиятельный чиновник захотел силой взять ее в наложницы. Ним Ний не мог оказать сопротивление столь богатому и влиятельному господину, и Вин Чун, не желая становиться его женой, бежала из дома в монастырь Бат Хак. Там она встретилась с Нгу Мэй. Вин Чун поведала монахине о своем горе. Нгу Мэй прониклась сочувствием к девушке, не испугавшейся гнева влиятельного чиновника, и решила взять ее в ученицы. Нгу Мэй увела Вин Чун в горы, чтобы помочь скрыться и стала обучать ее боевым искусствам.

Рассказывали, что однажды Нгу Мэй случайно стала свидетельницей кровавого боя журавля и змеи. Змея обвила своим телом длинные ноги птицы и пыталась ужалить, а журавль, используя сильные крылья и острый клюв, бил ими змею. Они сражались, стоя на одном месте, нанося друг другу молниеносные и точные удары. Эта сцена была столь впечатляющей, что навсегда отпечаталась в памяти монахини и не оставляла ее в покое. Тренируясь, она стала подражать то ловкой змее, то отважной птице, и вскоре разработала систему боевой техники, соединившей движения журавля и змеи. В течение трех лет эта техника также была передана Вин Чун, любимой ученице Нгу Мэй.
После смерти монахини в 1726 году Вин Чун продолжала совершенствовать свои тело и душу. Однажды она пошла в лес и услышала грозное рычание хищников. Осторожно раздвинув ветви, она увидела, что сражаются тигр и леопард. Они дрались на узкой тропе в ущелье из-за добычи, лежавшей на склоне горы. Тигр был бесстрашен, мужественен и жесток, а леопард – хитер, ловок и гибок. Оба зверя вынуждены были держаться близко друг к другу из-за опасности сорваться со скалы в пропасть, и применяли короткие шаги, быстрые удары, увертываясь от лап противника.

Это сражение тигра и леопарда натолкнуло Вин Чун на мысль о создании еще двух стилей единоборств. Когда, вернувшись в храм, Вин Чун совместила техники змеи, журавля, тигра и леопарда, она поняла, что, наконец, пришло время исполнить заветную мечту своей учительницы Нгу Мэй и создать новый стиль, предназначенный для гибкого и ловкого тела женщины. После долгих исканий была создана совершенная техника, соединившая в себе ценности школы Шаолинь с новыми образами животных. По преданию существует 5 символов этой техники: дракон, змея, тигр, леопард и журавль. Также это соответствует пяти лепесткам распустившегося цветка Мэйхуа, всегда напоминая о первом Учителе, и подразумевает пять основ восточной философии: Великодушие, Преданность, Благопристойность, Ум, Вера, и пять состояний бойца: Твердость, Мягкость, Сообразительность, Спокойствие и Смелость.

Вин Чун выработала особый тип нанесения ударов, при котором не требуется большой физической силы. Удар кулаком наносился по прямой от центра груди, а блоки выполнялись в виде подставок и наложений ладоней на атакующие конечности противника. Она создала и новую тактику боя – близко подходила к противнику, лишая его, таким образом, возможности «разогнать» свой удар и воспользоваться превосходящей физической силой, а чтобы сковать передвижения и удары ногами нападающего, она училась особым образом подставлять свои ноги под ноги противника и наносить удары в область голени.

Вскоре Вин Чун вернулась в отцовский дом, что стоял у горы Лунь Тай. Там она вновь встретила слуг влиятельного чиновника, не оставлявшего надежды сделать ее своей наложницей. Это был первый случай, когда Вин Чун пришлось применить боевую технику, чтобы постоять за себя, и она без труда победила.

После этого отец с дочерью вернулись в Кантон, где Вин Чун стала женой Лыэн Бак Чу, ожидавшего ее все эти годы. Вскоре муж стал первым учеником Вин Чун, и она передала ему все свои знания боевых искусств. Когда она умерла, Лыэн Бак Чу решил увековечить память о своей единственной и любимой жене, назвав ее именем самую совершенную боевую технику.

Лыэн Бак Чу передал секреты Вин-Чунь человеку по имени Лян Лан Кваю, который сделал своим учеником Хуан Хуабао. Тот был актером гуандунской оперной труппы «Красная Джонка» и часто путешествовал с гастролями в разных частях страны. Благодаря этому однажды он повстречался с учеником по имени Лян Эрди. Они подружились и стали обмениваться своими знаниями по боевым искусствам. Примерно в середине XIX века Хуан Хуабао и Лян Эрди покинули актерскую труппу и переехали в Фошань, где обучили аптекаря Лян Цзаня.

Этот человек, из весьма достойной семьи, являлся владельцем аптеки и был хорошо образованным человеком. Дело его процветало, и пациенты были очень довольны его деятельностью. Все свободное время Лян Цзянь уделял литературе и занятиям боевыми искусствами. Но ему не очень нравились стили, в которых упор делался на физическую силу. Он хотел изучить какую-нибудь систему, эффективность которой зависела бы только от техники.

Лян Цзянь позаимствовал все самое лучшее из шаолиньских методов, отбросив их недостатки, а в многочисленных поединках проверил их реальный боевой эффект, за счет чего обогатил и развил Вин-Чунь, усилив его боевые возможности.

Лян Цзянь не имел официальной школы и преподавал Вин-Чунь прямо в своей аптеке. Он посвятил свою жизнь изучению тайн Вин-Чунь и достиг столь высокого уровня владения техникой, что среди мастеров и знатоков боевого искусства был удостоен звания «Короля Вин-Чунь». Из-за того многие бойцы бросали ему вызов и в ходе многочисленных боев он смог выявить сильные и слабые стороны Вин-Чунь.

Лян Цзянь воспитал несколько учеников, в числе которых были и его сыновья Лян Чун и Лян Бик. Среди его учеников был один способный юноша по прозвищу «Ва – Деревянные руки». Это прозвище он получил, потому что его руки были сильными и твердыми как дерево. Часто во время тренировок он ломал «руки» деревянному манекену (мокчжон).

Рядом с аптекой Лян Цзяня находилась лавка по обмену денег. Ее владельцем был Чэнь Ва Шунь по прозвищу «Ва – Меняла», который, зная, что Лян Цзянь был прекрасным специалистом стиля Вин-Чунь, хотел поступить к нему в ученики. В то время нельзя было изучить кунг-фу за деньги, как это распространено сейчас, и Чэнь Ва Шунь глубоко сомневался, что мастер станет его обучать. Поэтому, когда он заканчивал работу, то на цыпочках пробирался к аптеке Лян Цзяна и через щель в двери наблюдал за тем, как тот обучает своих учеников. Лян Цзянь был для него кумиром, и с каждым днем Чэнь Ва Шунь восхищался им все больше и больше. Однажды он собрался с духом и решился обратиться к Лян Цзяну со своей просьбой. Как он и ожидал, мастер деликатно отказал. Это разочаровало Чэнь Ва Шуня, но он не утратил надежды.

Однажды, когда Лян Цзянь отсутствовал, «Ва – Деревянные руки» привел в аптеку Чэнь Ва Шуня. Когда сын аптекаря Лян Чун узнал, что этот человек изучал стиль Вин-Чунь, подглядывая сквозь щель в двери, он ужасно рассердился и решил продемонстрировать Чэнь Ва Шуню технику «липких рук» в весьма жесткой форме. Однако тот, не рассчитав своих сил, нанес Лян Чуну такой удар ладонью, что тот упал прямо на любимое кресло Лян Цзяна, да так неудачно, что отломил у него одну ножку. Испугавшись, что учитель разгневается и накажет их за это, молодые люди решили не рассказывать о своем поединке. И вот когда Лян Цзянь вернулся домой и хотел отдохнуть на своем любимом кресле, оно вдруг перевернулось, и удивленный мастер грохнулся на пол. Лян Цзянь решил выяснить, что здесь произошло в его отсутствие. Тогда Лян Чун рассказал ему все в подробностях. Выслушав рассказ сына, Лян Цзянь спросил «Ва – Деревянные руки», каким образом Чэнь Ва Шунь мог изучить Вин-Чунь. И Ва объяснил, что кое-чему он сам научил его, а все остальное тот сам усваивал, подсматривая через дверную щель. Лян Цзянь попросил Ва найти и привести к нему своего друга. «Ва – Деревянные руки», вспомнил, что обучать без разрешения учителя ему было запрещено, поэтому, думая, что их могут наказать за такое нарушение, он посоветовал своему другу скрыться. Когда «Ва – Деревянные руки» вернулся один, Лян Цзянь был очень удивлен, почему с ним нет Чэнь Ва Шуна. В конце концов, Лян Цзянь догадался, что ученик не правильно его понял. Тогда он объяснил, что хотел всего лишь посмотреть, что усвоил его друг из стиля Вин-Чунь и каковы его способности. «Ва – Деревянные руки» этому очень обрадовался, быстро нашел своего друга и привел к мастеру. Оценив талант Чэнь Ва Шуна, мастер сразу же согласился взять его к себе в ученики.

После смерти Лян Цзяня его сыновья Лян Бик и Лян Чун, отправились в Гонконг. Их товарищ – одноклассник, Чэнь Ва Шунь, остался в Фошане и начал обучать стилю Вин-Чунь.

Отец Ип Мэна был гонконгским бизнесменом, и сын был вынужден помогать ему. В Гонконге Ип Мэн повстречал Лян Бика и вскоре стал его учеником. Чэнь Ва Шунь перед своей смертью назначил своим преемником Ип Мэна, который начал преподавать Вин-Чунь в Гонконге в возрасте 56 лет. Так возникла гонконгская ветвь Вин-Чунь.

По мере распространения славы Ип Мэна росло и число его учеников. Один из его учеников был Брюс Ли.

Современные представления о Вин-Чунь связывают с гонконгской ветвью, основанной Ип Мэном, вьетнамской ветвью, основанной Тэ Конгом и китайской ветвью, возглавляемой Лян Гуанманем, за которыми следует целая плеяда мастеров, развивающих это боевое искусство во многих странах